За рассветную синь уведи: воспоминание о встрече с космонавтом Германом Титовым

Сегодня, 12 апреля, Всемирный день авиации и космонавтики и памятная дата, посвященная первому полету человека в космос.  Наши коллеги из Кытмановской районной газеты «Сельский вестник» на своём сайте опубликовали материал своего нештатного автора Виктора Ремезова о его встрече с героем-космонавтом Германом Титовым, уроженцем Алтайского края. Думаем, эти воспоминания будут интересны и для наших читателей.

За рассветную синь уведи

Когда Герман Титов в космос слетал, то в среде мальчишек моего поколения только и было разговоров, что про него. Сочинения в школе, стихи, песни, рассказы – всё сводилось к Герману. У нас модно было говорить «Герман». Особенно, когда он приезжал в Новую Тарабу на встречу с населением.

Мне тогда несказанно повезло, я уже знал, что он учился с моей двоюродной сестрой Зиной в Налобихе. Я себя тогда носил очень высоко.

На той встрече Лида Змеёва, как лучшая ученица школы, должна была вручать Герману цветы и говорить слова. Космонавт стоял на машине, борта у которой были опущены, и таким образом это была будто сцена. Когда Лида вышла к Герману, то растерялась. Проговорив что-то? она от волнения расплакалась. Космонавт нагнулся к ней, обнял и с доброй-доброй улыбкой что-то ей сказал.

Это было настолько запоминающе и необычно, что встреча получилась без какого-либо официоза. Меня пацаны подначивали насчёт знакомства сестры с ним, а мне и вправду хотелось подойти и спросить при всех у него про это. Эх, если бы тогда это произошло, то я бы был надолго в самой высшей славе у пацанов. Но в тот раз не случилось.

После встречи с Германом Титовым в нашей школе все как с ума посходили. Только космонавтами все зажелали стать. Ну, на худой конец, лётчиками. И тут нас стали заставлять писать сочинения, изложения, выпускать стенгазеты и сочинять стихи. Признаюсь, у меня неплохо получались стихи, и я стал думать, как получше придумать сюжет. В стихотворении обязательным должна была быть фамилия Титов. Рифму к этой фамилии можно было легко подобрать, но у меня заклинило, и, кроме «Титов – здоров», ничего на ум не шло. Колька Кащеев, например, написал:

Много в стране Титовых,

Но лишь один таков

Оказался в космос готовым.

Это был Герман Титов.

И в таком роде многие писали. А у меня никак не шло. В тот раз я так ничего и не предложил на суд общественности.

После той памятной встречи с космонавтом прошло 16 лет, и я уже служил в офицерском звании, как мне снова пришлось встретиться с ним. Было это в Казахстане, и он занимался вопросами обеспечения полётов в космос. На спортивном празднике, который ежегодно проводился в воинской части, присутствовало высокое армейское и политическое руководство страны.

Я на этих соревнованиях выступал в качестве спортсмена. Разминаясь перед забегом, я и увидел Германа. Сидел он один на трибуне. После забега я подошёл к нему, представился братом Сериковой Зинаиды, «с которой вы учились в Налобихе». Как же неподдельно он оживился! Как-то обмяк, раскрепостился, откинулся на спинку сиденья, усадил меня рядом и стал расспрашивать об Алтае. Алтай я люблю, и поэтому рассказал ему о последнем своём отпуске так, что он загрустил. Он мне тогда сказал: «Тебе хорошо, земляк, ты можешь по своему желанию на Родину поехать, а я себе не принадлежу, и уже семь лет там не был». Я напомнил ему про его давний приезд в нашу деревню и про Лиду Змеёву. Удивительно, но он всё помнил. Даже помнил, каким платком была повязана у неё голова.

На прощанье космонавт поинтересовался моей службой. Я мог бы воспользоваться его помощью в своём дальнейшем росте, но делать этого не стал. Только рассказал ему, что так и не смог написать стихотворение о нём. И Герман дал мне совет: «А это всё потому, что у тебя душа тогда была не раскукованная. Ты, как приедешь в отпуск, иди в лес и попроси кукушку, чтобы она тебе её раскуковала».

Конечно, я понимал его шутку, равно как и понимал, что на прощанье он этой присказкой показал истинное лицо сибиряка-алтайца: внешне казаться сурово-мужественным, а в душе – добрейшим человеком. И ещё мне показалось, что он с огорчением расстаётся со мной, когда, прощаясь, сказал: «Увидишь Зинаиду, напомни ей то, о чём я тебе сказал». Больше мы никогда не виделись, а когда он умер, то у меня и родились эти стихи.

Раскукуй, мне, кукушечка, душу,

За рассветную синь уведи.

И оставь меня там. Буду слушать,

Как колотится сердце в груди.

Раскукуй ты меня лет на тысячу,

Пусть и знаю, что это обман.

Может быть, мне дорога отыщется

Вновь в то детство, где синий туман.

Прошло много-много лет. Не стало Германа Титова, умер Колька Кащеев, постарела Лида Змеёва, одноклассница Германа Серикова Зинаида часто болеет. Но жизнь продолжается и, видно, хорошо кукушка куковала нам в то далёкое время…

Виктор РЕМИЗОВ, Ново-Кытманово — Барнаул

Источник: www.kytmanovonews.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.